• Природа Ветковского краяПрирода Ветковского края
  • Зона отдыха «Ставок»Зона отдыха «Ставок»
  • НовостройкиНовостройки
  • Храм Преображения ГосподняХрам Преображения Господня
  • Ветковский районный исполнительный комитетВетковский районный исполнительный комитет
  • Ветковский музей старообрядчества и белорусских традиций имени Ф.Г. ШкляроваВетковский музей старообрядчества и белорусских традиций имени Ф.Г. Шклярова
Главная -  Новости -  Новости района

Евгений Чеваньков 35 лет назад занимался отселением «чернобыльцев», а сам остался в Ветке

21.04.2021

В Беларуси многое сделано для ликвидации последствий аварии на ЧАЭС: с загрязненных территорий отселены граждане, а часть земель сегодня дает чистый урожай

Ветковчанин Евгений Чеваньков имеет уникальный опыт — он руководил отселением людей с первых дней после чернобыльской трагедии до двухтысячных. Сам он остался жить в родном Ветковском районе, заниматься его развитием. Сейчас как депутат районного Совета он мечтает создать в райцентре свободную экономическую зону, чтобы этот край получил инвестиции для будущих промышленных производств. Евгений Иванович очевидец того, как за 35 лет изменился взгляд ветковчан на их будущее.

Несостоявшаяся курортная зона

Евгений Чеваньков, который в восьмидесятые был заместителем председателя райисполкома, с ностальгией говорит о том времени:

— Построены четыре санатория, открыты пионерские лагеря, выделялись участки под дачи, много гомельчан их получало. Это был прекрасный туристический кластер. Но 1986 год все перечеркнул. Мы тоже ничего не знали 26 апреля. Вышли, как и многие белорусы, украинцы и русские, на первомайскую демонстрацию! 

Прекрасно помню, как от нас направилась колонна грузовиков (мой отец был в ней водителем) вывозить скот с Наровлянского, Хойникского, Брагинского районов. Потом оттуда прибывали автобусы с людьми. В основном женщины с детьми, в халатах, тапочках. Им даже не разрешили взять дополнительные вещи, только документы. Всех размещали в наших санаториях. Более того, развернули масштабное строительство домиков для переселенцев. Например, в деревне Бартоломеевка.

— Но это же известная деревня, где до сих пор повышенный радиоактивный фон?

— Сегодня это известный факт. Но тогда Ветковский район не рассматривался как пострадавший. Или нам об этом не говорили. Наверное, спустя год после аварии, а может и больше, мне звонок из сельсовета. Мол, строители домиков для переселенцев за ночь свернулись, экстренно ушла техника, побросали даже стройматериалы. Я курировал в районе строительство, поэтому оперативно набрал Гомель. А мне там говорят: «По новым данным, у вас не то что строить, жить нельзя. Радиация зашкаливает. Надо всех эвакуировать». Оказалось, район пострадал едва ли не больше всех в Гомельской области. Невозможными для дальнейшего проживания были признаны 59 населенных пунктов. Больше, чем в регионах, которые географически находятся ближе к АЭС. 

Райцентр хотели эвакуировать

Одними из постоянных гостей Ветковщины стали журналисты. Евгений Чеваньков вспоминает, что приезжали снимать и писать со всего мира. В 1990-е этот поток только увеличился. Не осталась в стороне и родная пресса: «Народная газета», «Советская Белоруссия», «Рэспубліка», «Беларуская думка», «Знамя юности». Правда, в интервью тех лет сквозили страх и неопределенность.

— Какие в те годы были мысли? Тогда обсуждался вопрос об эвакуации всего райцентра, — рассуждает депутат. — Сейчас бы почитать те статьи, удивился бы. Но не имелось адекватной информации, полномасштабных научных исследований. Люди устраивали митинги — полный стадион. Чиновники из Гомеля не знали, что ответить, выталкивали нас, местных, чтобы успокоить толпу. Тем не менее было много сделано в те годы и советской властью, а потом и белорусской. Детей направляли массово на оздоровление. Вывозились целые школы на все лето в разные концы Союза, а потом Беларуси.

Евгений Чеваньков говорит, что Александр Лукашенко реально помог:

— Во время первого визита Президента его идеи возрождения региона казались больше похожими на далекие обещания. Но слова не разошлись с делом.  Александр Лукашенко посещал нас четыре раза, в каждый новый визит задачи на будущее ставились уже от более развитой материальной базы

— Но ведь до сих пор находятся люди, которые говорят, что их бросили в выселенных деревнях, государство про них забыло?

— Неправда, мы еще в двухтысячные занимались переселением. По Ветковскому району могу сказать точно: кто хотел и имел на это право, тот получил квартиру или домик в чистой зоне. Просто у тех, кто проживал в населенных пунктах с правом на отселение, осталось там имущество. В минской или гомельской квартире живут теперь дети и внуки, а старики возвращаются. Правда, были и такие экспериментаторы, кто объявил «личную войну» радиации. Самый известный самосел — Феликс Набокин. Задолго до катастрофы он работал учителем в деревне Бартоломеевка. Во время эвакуации, разменяв уже девятый десяток, наотрез отказался выселяться. Остался жить в зоне, держал хозяйство — стадо коров. Рассказывал приезжим журналистам, а их было много, что ходит по росе косить траву, пьет молоко, собирает грибы и ягоды, в которых около 80 кюри радиации. Интересный был человек, но история закончилась криминально. Маргиналы ограбили его дом, а старика избили, он умер от переохлаждения. 

Жесткие формы контроля

В начале 1991 года Ветку посетил глава самой большой страны в мире — Михаил Горбачев. Однако «отец перестройки» конкретных перемен местным не принес. Через 11 месяцев Союз распался, и все тяготы чернобыльской проблемы стала тянуть на себе молодая независимая страна (стоит отметить, что к пострадавшему населению в Беларуси относится без малого 1,5 миллиона человек!). Евгений Чеваньков отмечает, что Горбачев наделал много шума, а вот Лукашенко реально помог:

— Во время первого визита Президента его идеи возрождения этого региона казались больше похожими на далекие обещания. Но слова не разошлись с делом. Александр Лукашенко посещал нас четыре раза, в каждый новый визит задачи на будущее ставились уже от более развитой материальной базы.

— В чем это выражалось?

— Давайте по порядку. Была проделана огромная работа по отселению почти трети района. Ученые провели ряд исследований, уточнили карты радиоактивных загрязнений, разработали методики получения чистой продукции на не самой чистой земле, внедрили жесткие формы контроля за этой продукцией. Следующий этап — модернизация сельского хозяйства: новые МТФ, птицефабрика. Это все рабочие места и повышение экономической стабильности. Да, район — дотационный, но мы все стараемся сделать его самодостаточным. Отдельное внимание было уделено развитию медицинского обслуживания (новая больница), ремонту школ, строительству спортивных объектов — в Ветке впервые появился бассейн. Главное — результат налицо: на здешних землях есть возможность получать чистую продукцию. Люди возвращаются, возводится жилье, объекты сельского хозяйства и социальной сферы.

Территории государственного внимания

С 2021 года реализуется уже шестая государственная программа по поддержке территорий, пострадавших от аварии на ЧАЭС. Сегодня на чернобыльские программы уходит 3 % бюджета Беларуси.

— За 35 лет изменилась психология жителей района от безысходности до планов на будущее. Мы сегодня рассуждаем: чего еще не хватает, куда развиваться? А тогда боялись, что район перестанет существовать, — говорит Евгений Чеваньков. — К сожалению, нам уже не создать курортный кластер, но стать промышленной площадкой у Ветки, я думаю, есть шансы. Это фактически город-спутник полумиллионного Гомеля. Всего 20 минут на машине. Если здесь будет создана свободная экономическая зона, продуманы пути привлечения капитала, мы сможем неплохо развиться. Это уже дело молодых. Главное, что у Ветки есть будущее!